 |
Ногти у нее были теперь всегда чистые, и не только на руках, но и на ногах отливали земляничным лаком.
Она сбрила темно-русые волоски под мышками и больно порезалась жиллетным клинком.
Вид крови в ней вызывал тошноту и головокружение.
Кречмар бросился в аптеку, принес желтой ваты, йоду, еще чего-то.
Он открывал в ней все новые очарования, а то, что в другой показалось бы ему вульгарным лукавством или грубым бесстыдством, в Магде - только трогало и смешило его.
Еще полудетское очарование ее тела и откровенное сластолюбие, - медленное погасание этих продолговатых глаз, словно постепенно темнеющие слои света в театральном зале, доводили его до такого безумия, что он вконец утратил всякое телесное приличие - ту сдержанность, которой отличались его классические объятия со стыдливой женой.
Он почти не выходил из дому, боясь встретить знакомых, и отпускал от себя Магду скрепя сердце, и то лишь утром - на охоту за чулками и шелковым бельем.
|
